Nikolay Alexandrovich (nick_sanych) wrote,
Nikolay Alexandrovich
nick_sanych

Category:

Незрячий за рулём. Интервью с преподавателем ВОС.





Продолжая тему.



Антону Пиленкову тридцать пять лет. Потерял зрение в пятнадцать. На данный момент времени работает преподавателем в *КСРК ВОС, специализация -- «Невизуальная доступность сенсорных устройств». Интересуется мотоспортом.



***

В конце октября 2016 года команда "Слепые гонки" совместно с Музеем индустриальной культуры проводила собственное мероприятие: первую незрячую гонку. После первой выигранной гонки на мероприятии "Слепая ярость". Видимо, информации, данной о нас в некоторых СМИ и во многом благодаря сообществу "МотоМосква" было вполне достаточно, чтобы о нас узнали те, для кого мы, в первую очередь, что-то делаем.

Помимо других достойных людей, в поле моего зрения попал этот мужчина. Он выразил желание тренироваться у нас незрячей езде. И возможно, принять участие в соревновании.



Когда я впервые увидел Антона, первая мысль, которая пришла в голову, звучала примерно так: "Наверное, не стоит ожидать от парня каких-то запредельных результатов. Пусть для начала запустит двигатель". Передо мной был человек ростом по плечо даже мне, со странной походкой, говорящей о каких-то проблемах с опорно-двигательной системой. При ходьбе он словно переваливался с ноги на ногу. Завершали картину собака-поводырь, трость и тёмные очки.

Наша вторая встреча, в силу некоторых обстоятельств, проходила за день до самой гонки. "Если он научится хотя бы трогаться, это уже будет шикарно", -- думал я, скептически оглядывая будущего пилота и прикидывая, сколько времени у него уйдёт хотя бы на то, чтобы совладать с кикстартером старенькой "Планеты-3". На тот момент, к слову, единственному аппарату, который мы использовали как тренировочный.

Но ведь верно сказано: встречают по одёжке, а провожают по уму. Первое, что меня действительно в хорошем смысле насторожило -- то, как этот парень разобрался с застёжкой для шлема. Поначалу у очень многих зрячих, включая меня самого, этот замок, если шлем уже надет и застёгнут, расстёгивается не сразу. Несколько упражнений перед зеркалом -- и руки "запоминают" последовательность движений. Я не знаю, где он этому научился, но он надел шлем, застегнул и затем его расстегнул так быстро, как будто делал это всю жизнь.

В конце октября на площадке, которую предоставил музей, уже вовсю дули зимние ветра, пробиравшие даже утеплённых нас до костей. Под ногами хлюпала смесь из грязи и мокрого снега. В целом, условия для первой полноценной тренировки были отвратительными, включая тонкую полоску асфальта вдоль бетонного забора с правой стороны учебной трассы, и все кюветы с колдобинами -- с левой.

Однако, после того, как Антон обследовал старенький колясыч, и после того, как ему были показаны элементы запуска двигателя и ручки управления этой машиной, он завёл Ижа со второй попытки. Тронулся и более-менее нормально поехал с третьего или четвёртого раза.

Стоит упомянуть, что на пятом или шестом заходе, в силу того, что у данного музейного экспоната была плохо закреплена ручка переднего тормоза, в силу минимального опыта работы именно с этим мотоциклом, мы внезапно встретили упомянутый бетонный забор и убедились в том, что он по-прежнему крепок. Эта встреча стоила парню поцарапанной руки с небольшим кровотечением, а мне – нервов. Аппарат получил повреждение вилки, и при езде его стало сильно тянуть влево.

Проведя пока единственную полноценную тренировку с этим человеком, многое стало понятно. Например, то, что в случае с Антоном упражняться следует на другом классе техники. Что должно это происходить в другую погоду. И уж точно в менее стеснённом пространстве, которое, к слову, есть.

На следующий день человек не смог быть с нами – в силу погодных условий и запредельных нагрузок на ноги. Но я крепко запомнил почти всё, о чём успел рассказать Антон, и через некоторое время взял у него интервью. Оно проходило уже после встречи, перепиской по сети, и мне довелось немало потрудиться над тем, чтобы вырезать из ответов «смайлики». Обо всех вещах, которые обычному человеку могут показаться странными, сложными или просто невыполнимыми, он говорил с юмором.

***

Когда у тебя наступила слепота, с чем это было связано? И всё-таки, что конкретно у тебя с ногами — да и со здоровьем в целом?

Полная потеря зрения наступила в 20 лет. Причина -- врождённая высокая миопия, приведшая в конечном итоге к тотальной отслойке сетчатки. С ногами … года три назад 'поставили диагноз – «артроз». Следствием этого заболевания является постепенное разрушение суставного хряща. При таком диагнозе постепенно снижается двигательная активность, вплоть до потери подвижности. В общем, весело. Что стало причиной этого диагноза, мне не известно. Если мои диагнозы разделить, хватит, чтобы у трёх человек была первая группа инвалидности.

Каким образом ты стал преподавателем? В том смысле — ты к этому как-то целенаправленно и вдумчиво шёл? Мне было бы интересно точно знать, как именно называются твои курсы, аппаратура, пользоваться которой ты обучаешь, твоя работа.

Мне всегда были интересны современные смартфоны как под управлением «Android», так и под управлением «iOS». Дело в том, что сенсорное устройство позволяет незрячему человеку получить доступ к информации, с помощью разных программ решать различные повседневные задачи, не прибегая к помощи зрячих. В конечном итоге, умение пользоваться современными информационными технологиями позволяет качественно изменить образ жизни незрячих и слабовидящих.

Преподавателем стал, можно сказать, случайно. В 2014 году учился в КСРК на специализированных курсах по GPS-навигации. Мне понравились данные курсы, работа
коллектива, и я предложил им свои услуги преподавателя. На тот момент свободных мест не было, я уехал домой, практически забыв про этот разговор. А спустя полтора года мне позвонили и предложили место преподавателя курса «Невизуальная доступность сенсорных устройств». Приехал, сначала поработал стажёром, немного подучился. А потом втянулся.

Я помню, ты говорил, что до потери зрения ты ездил. На чём, если не секрет?

Из своей техники у меня был только мопед, «Рига-13». И как любой пацан, наверное, мечтал о японском скутере. Но не все мечты сбываются. Кататься на технике доводилось редко. В основном давали технику знакомые ребята.

Какие ощущения ты испытывал тогда, до потери зрения, и на нашей первой тренировке?

Это чувство скорости и свободы. А ещё -- ощущения от управления серьёзной техникой.

Следующий вопрос может показаться не очень правильным с точки зрения банального человеческого такта, но тот же вопрос задают нам некоторые зрячие мотоциклисты, когда мы время от времени выкладываем в мотосообществах что-то новое на нашу тему: ролик, статью, репортаж. Всё-таки, зачем незрячему мототехника и езда на ней?

Наверное, у каждого есть свой ответ на этот вопрос. Я думаю, что настоящая жизнь – это движение. Жизнь – это возможность развиваться, заниматься творчеством в любой области. Творческое начало заложено в самой природе человека, и каждый осознанно или неосознанно стремится к реализации этой возможности в своей жизни.

Для меня мототехника и всё, что с ней связано, в первую очередь – один из способов прикоснуться к жизни. Ведь потеря зрения для многих звучит как приговор. В представлении большинства максимум, на что способен незрячий, это быть обузой для своих родных и близких. А между тем всё далеко не так. Многие, потеряв зрение, успешно проходят период адаптации, получают профессию, заводят семью, занимаются спортом, бизнесом. В общем-то, всем тем, чем живут обычные люди.

Считаю, что мотоспорт с известными поправками это одна из доступных областей, где человек с нарушениями зрения может найти себя, получает в какой-то мере возможность реализовать свой творческий потенциал, прикоснуться к реальной жизни. В общем, жить. И жить интересно.

Что обычно происходит с человеком, который только потерял зрение? Здесь я имею виду мироощущение в целом. Как долго, в среднем, длится процесс адаптации к новой жизни?

Вспоминая свой опыт, могу сказать, что сначала у меня было набито много шишек в результате неприятных столкновений с различными предметами быта. Поскольку они всё время норовили оказаться не там, где им следовало. Я примерно год учился ходить медленно и с осторожностью, никак не получалось перестроиться, поскольку зрячим ходил довольно быстро. Основная проблема в быту -- табуретки, стулья, различные предметы быта и положение дверей. Как правило, домочадцы, поставив стул на не привычное место, никаких проблем не испытывают, в отличии от потерявшего зрение. То же и с дверями, которые могут иметь абсолютно разные положения: ведь привычки держать руки перед собой пока нет.

На этом этапе учатся жить по-новому не только незрячие, но и их члены семьи. Мне кажется, что очень повезло тем незрячим, родные и близкие которых вовремя трезво оценивают ситуацию и прикладывают максимум усилий для того, чтобы он смог как можно быстрее реабилитироваться. А начинается, как правило, всё с простых бытовых дел: помыть посуду и пол, вынести мусор. И многое другое. Конечно, ситуации бывают разные, но важно не оставлять потерявшего зрение наедине со своими мыслями. Точнее, без дела. Слышал, что в группе повышенного риска находятся лица потерявшие зрение менее года назад.

Время адаптации зависит от многих факторов. Психологическое и физическое состояние человека, позиции членов его семьи, и многих других факторов. Это может быть и год, а может и пятнадцать лет.

Ну и совсем не повезло тем, с кем родственники начинают носиться, жалеть и всячески ограждать от участия в реальной жизни, общении с друзьями и прочее. Тем самым формируя иждивенческие взгляды на жизнь. Таким людям сложно будет в жизни.

Кстати, насчёт друзей. Зачастую они быстро все куда-то пропадают, поскольку точек соприкосновения становится немного. Интересы тоже, как правило, меняются. Меняется
также восприятие окружающей среды. В общем, происходит глобальная переоценка жизни.

Как бы ты мог охарактеризовать адекватность нынешней системы ВОС? Поясню: здесь подразумевается процесс подготовки и адаптации к жизни человека, который либо никогда не имел, что достаточно редко, либо серьёзно повредил, либо безвозвратно потерял зрение.

Знаешь, мне сложно рассуждать на тему реабилитации в системе ВОС. С одной стороны, я не совсем компетентен в этом вопросе, поскольку могу говорить только о своём опыте.

Также, я не совсем знаю, как обстоят дела с детьми, имеющие проблемы со зрением. С другой стороны, я работаю, я снимаю жильё. И, в общем-то, живу. Самостоятельно. Попробую рассказать о том, что действительно знаю.

Дети, потерявшие зрение, обучаются в школах-интернатах. Иногда в общеобразовательных школах. Бывает и надомное обучение. Всеми этими вопросами, как я понимаю, больше занимается министерство образования. ВОС принимает в этом минимальное участие. Что касается поздно потерявших зрение, есть в системе ВОС несколько центров реабилитации, финансируемых из государственного бюджета. Самый большой находится в Волоколамские. ЦРС. Центр реабилитации слепых. В нашей среде мы в шутку называем его Центром разведения слепых.

Там человек может пройти курс элементарной реабилитации, пройти курс профессиональной подготовки по разным направлениям. Курсы по времени занимают от двух с половиной месяцев до полугода. Там можно пройти курсы: пчеловодства, лозоплетения, обувного дела, компьютерной грамотности, вязания, резьбы по дереву и переплётного дела.

Лично у меня получилось так, что реабилитировался я сам. На курсы в Волоколамск я попал спустя восемь лет после полной потери зрения, и то, на компьютерные курсы. Элементарную и бытовую реабилитацию проходил самостоятельно в условиях дома. Сейчас вспоминаю, что мне предлагали несколько раз поехать на реабилитацию, но я отказывался. И так, в общем-то, поступают многие.

В целом, можно сказать, что ВОС проводит определённую работу по реабилитации людей с проблемами зрения. Наверное, это получается делать не всегда эффективно.

С другой стороны, многие сразу после потери зрения психологически не готовы пройти полный курс реабилитации. Некоторым требуется значительное время на то, чтобы смириться с потерей зрения и только когда человек внутренне признает себя незрячим, он приходит к мысли о том, что неплохо было бы научиться жить по-другому. Правда, это бывает далеко не всегда. Посмотри на Борю: он до сих пор говорит, что не может смириться с потерей зрения. А ведь прошло уже пять лет. У меня на это ушло два года. Многие остаток жизни тратят на поиски разнообразных «чудо-врачей», бесчисленные операции, поиск решения в области нетрадиционной медицины. По мне, так лучше вовремя остановиться и заняться реабилитацией: бытовой, профессиональной, трудовой. Если есть возможность попасть в ЦРС. Если нет, можно попробовать и самому. Таких примеров немало.

Какие именно установки даются большей частью сотрудников ВОС, когда к ним приходит человек с проблемой? Так, например, тот же Борис Вишняков не раз, не два и не три
упоминал, что некий пока безымянный сотрудник давал совершенно неприемлимую установку на дальнейшую жизнь. При общении звучали словосочетания, по смыслу похожие на «забудь о том, что у тебя было в прошлом» в смысле «полноценной жизни не будет, не дёргайся». Сталкивался ли ты с чем-то подобным?


В большинстве установки даются правильные. Боре, видимо, просто не повезло.

Наверное, как и в любой организации, в ВОС можно встретить людей с разной жизненной позицией. Она может быть и позитивной, и негативной, созидательной и разрушительной. Это зависит от многих факторов. Мне приходилось сталкиваться с разными взглядами.

Конечно, жить так же, как и до потери, зрения не получится и в каком-то смысле следует забыть о прежнем образе жизни. Если, например, теряет зрение пилот самолёта, естественно, летать, как прежде, он уже не сможет. Но это совсем не значит, что дальнейшей жизни не может быть вообще! Она в любом случае будет, а вот какой она будет, зависит в большей степени от самого человека, насколько он сможет преодолеть этот барьер, научиться жить по-новому, найти область, в которой он сможет реализовать свои насущные потребности и чувствовать себя полноценным членом общества.

В этом смысле забыть прежний образ жизни означает, что человек не должен мысленно цепляться за прошлое, поскольку это будет мешать учиться жить по новому, найти себя в чём-то другом не менее интересном.

Сложно сказать какой процент «пессимистов» и «оптимистов» работает в системе ВОС. Но мне кажется, что людей с правильной жизненной позицией всё-таки больше. Хотелось бы, чтобы люди, занимающие какие-либо должности в системе, имели позитивный взгляд на жизнь, поскольку в каком-то смысле они для рядовых членов ВОС являются примерами для подражания.

Да, это бывает далеко не всегда. Наша жизнь не идеальна. Но ведь с утратой зрения мы не теряем способности выбирать свой круг общения. И, как правило, можем принимать или не принимать определённые посылы, исходящие от окружающих.

Возможна ли работа незрячего и слабовидящего человека вне системы ВОС? Если да – известны ли тебе области такой работы, какие-то конкретные случаи из твоей жизни
или жизни твоих друзей и знакомых?


Таких примеров можно привести довольно много. Это и массажисты, работающие в медицинских учреждениях как частные предприниматели. Есть много юристов, занимающихся как частной практикой, так и работающих в различных организациях. Преподаватели школ и вузов. Операторы ПК и на телефоне.

Но мне кажется, что таких людей не очень много, поскольку далеко не каждый может найти место, а затем убедить работодателя в том, что он сможет работать не хуже обычного человека. Я знаю лично многих людей работающих вне системы ВОС.

Опять-таки, не раз, не два и не три Борис Вишняков описывал мне систему ВОС в целом и незрячих людей в частности как некий отдельный мир, достаточно плохо связанный с миром так называемых обычных людей. Зрячих. Во всяком случае, на момент знакомства с ВОС в 2012 году. В числе конкретных минусов он называл беспомощность, потакание этой беспомощности. И равнодушие.

Скажи, учитывая озвученное тобой ранее: это действительно так, или просто неверная интерпретация данных?


По большому счёту, это всё-таки отдельный мир. Но насколько он отдельный, зависит от нас, незрячих. Насколько мы адекватно себя ведём в обществе и стремимся интегрироваться в него. Беспомощность, конечно, есть. Немало тех, кто действительно нуждается в посторонней помощи. Надо понимать, что на все сто процентов реабилитироваться не получится. Всегда будут моменты в жизни, когда незрячему необходима помощь зрячих людей. Но для каждого этот уровень свой.

Кто-то может считать себя самостоятельным на девяносто процентов, а кто-то только на тридцать. Важно уметь правильно принимать эту помощь.

Равнодушие и безразличие? Да, к сожалению это встречается. Например, приглашают на какое-либо мероприятие, ты выделяешь время, приходишь и понимаешь, что оно проводится исключительно для галочки в соответствующем отчёте. Это всегда очень чувствуется и конечно, в следующий раз тратить время на подобное мероприятие уже не хочется. Отчего это происходит? Не знаю, может быть, сказывается эффект выгорания, когда люди долго работают на одном и том же месте, в преклонном возрасте и так далее. Но вместе с этим, немало людей, действительно делающих своё дело не для галочки, а для получения результата. Тех, кто вкладывает в работу не только свой труд, но и душу.

Мне кажется, что Борис числится в организации, но реальной её жизни не знает. Кстати, в настоящее время одна из проблем организации – то, что молодёжь не приходит в неё. Не приходит, поскольку считает, что организация не может дать ей то, что нужно действительно. Молодёжи в ней не интересно. И всё это правильно, с одной стороны. Но есть одна маленькая незадача, которая заключается в потребительском отношении к организации и жизни в целом.

В идеале каждый член ВОС должен привносить свой посильный вклад в деятельность организации, то есть не только потреблять, но и отдавать. Мудрые люди говорят, что лучше давать, чем брать.

Один раз столкнувшись с негативными проявлениями в какой либо области, навешивать ярлык неправильно. С годами я начинаю понимать, что невозможно поделить жизньи людей на чёрное и белое. Есть ещё масса оттенков.

Как ты, в целом, однажды встретившись с участниками команды «Слепые гонки», относишься к этому движению?

Думаю, что у проекта «Слепые гонки» есть будущее. Он способен объединить вокруг себя интересных людей, тех, кому интересен мотоспорт. Только, как для любого проекта, на это потребуется определенное время. Этот проект поможет многим людям перешагнуть порог своего дома и хотя бы на какое-то короткое время выйти в реальный мир, пообщаться с реальными людьми. Возможно, это станет ступенькой к дальнейшему развитию и нормальной реабилитации человека.

Чего нам действительно, кроме финансирования, не хватает?

Организаторам следует серьезно заняться написанием методической работы, которая будет необходима для дальнейшего развития проекта. Как самим организаторам, так и для участникам проекта. Думаю, что соревнования и тренировки необходимо организовывать исключительно на открытых площадках. Там, где не будет никаких строений и препятствий: любых объектов, с которыми могут быть столкновения. Особое внимание следует уделить подготовке технических средств. Они должны быть в надлежащем состоянии. Всё это требует значительных усилий и времени, но если провести всю необходимую работу, то со временем это позволит вывести проект на качественно более высокий уровень, нежели тот, на котором находится он в данный момент.

Готов ли серьёзно, до победных результатов, тренироваться и соревноваться?

Мне хотелось бы стать одним из активных участников данного проекта, серьезно заниматься тренировками, участвовать в соревнованиях. Получится это или нет, покажет жизнь, поскольку работа и разные обстоятельства не всегда позволяют выделить достаточно времени.

Что хотел бы пожелать нам напоследок?

Хотелось бы пожелать дальнейшего развития, успеха. Того, чтобы сложилось дружная хорошая команда, поскольку я считаю, что в любом проекте главное это команда. Иногда бывает всё: материальная составляющая, деньги, прочие ресурсы. Но если нет команды, то любой проект обречен.

В завершение хотелось бы пожелать поздравить всех с наступившим 2017 годом. Проблемы в нашей жизни были, есть и будут. Хочется пожелать, чтобы в любой трудной жизненной ситуации мы могли находить в себе силы преодолевать их и жить дальше. Причём не просто жить, а жить в полном смысле этого слова ярко интересно.


***

За рамками интервью осталось множество вопросов – например, лично мне, как человеку любознательному, интересно знать, кто же конкретно живёт той жизнью, что и обычные люди: работает на ПК, оператором на телефоне, строит свой бизнес, работает как индивидуальный предприниматель. И главное, как это происходит в отсутствие зрительной информации, которая в нашем мире играет одну из самых главных ролей. Мне досконально интересен механизм пути становления личности незрячего: с момента потери зрения и до времени устройства на работу, что подразумевает автономную и независимую жизнь. Всё это вполне конкретные люди. Люди, о которых почти никто не знает.

Поясню. За тридцать с небольшим лет жизни незрячие на той же улице мне встречались раз десять. И все эти встречи подразумевали помощь. Проводить до определённого места. Рассказать об обстановке вокруг. Что касается работы как таковой, именно в процессе – а трудиться официально я начал сразу после института -- не встречал ни одного незрячего человека, который работал бы наравне со мной. Да что там наравне – просто в одной сфере. Трудиться доводилось много где. В том числе и в IT.

И я не то чтобы не верю в то, что было сказано Антоном. Конечно же, верю, более того, это знание, подтверждённое фактами. И я не то чтобы настроен скептически к тому, что было сказано – ни в коем случае. Особенно после того, что лично я увидел и прочувствовал на той холодной, опасной и продуваемой всеми ветрами тренировочной площадке.

Просто мой опыт пока говорит о том, что их очень мало. По факту, узнавать о том, что где-то есть незрячие люди, перескочившие барьер между обычными людьми и своей жизнью, доказав на деле, что способны делать то же, что и остальные, я начал только после вдумчивого и внимательного поиска. И то, сфера поиска оказалась настолько специфичной, что в поисковой строке сети реальных незрячих людей достаточно сложно найти. Скорее, тут либо срабатывал эффект «сарафанного радио» и я выходил на нужных людей самостоятельно, либо меня с ними знакомил Борис Вишняков.



Пока о большинстве из тех, с которыми я знаком лично, могу сказать то же, что и о моём собеседнике.

Я горжусь тем, что их знаю.
---------------------------
*КСРК ВОС -- Культурно-спортивный реабилитационный комплекс Всероссийского общества слепых.
Tags: жизнь, мото, мысли, рассказка, слепые гонки, труба зовёт, фото
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments